С Василием Березуцким журналистам никогда не было скучно. За год работы в Голландии он почти не давал больших интервью.
***
— Ваше расставание с Нидерландами получилось резким и для кого-то неожиданным. «Витесс» неплохо начал сезон, но финалом стали пять поражений подряд. Что это было?
— Футбольные будни. Все совершают ошибки. Есть и кадровые причины. Травмировались ключевые футболисты, ушел Караваев. Это тоже не могло не сказаться на команде.
— Возвращение Караваева в Россию расстроило и некоторую часть болельщиков в нашей стране.
— Когда есть такой вариант и человек уходит на гораздо большую зарплату, в команду, которая играет в Лиге чемпионов, тут вообще не может быть вопросов. Расставание с Европой? Ну, Караваев не такой старенький парень. Он еще может вернуться обратно. Просто «Зенит» — большой клуб. Той дорогой, которой шел Караваев, через маленькие европейские чемпионаты… Для него, конечно, это успех. В «Зенит» надо было идти на сто процентов.
— Обьясняя решение Слуцкого расстаться с «Витессом», вы выдвинули версию: он уперся в тупик, ощутил потолок с этой командой — что ничего нового в этой истории уже не будет.
— Да, примерно так и есть. Так бывает, это работа главного тренера. Отставка — это не столь страшно. Уволили, нашёл другое место работы… Так же, как и у футболистов: не подходишь в одном месте, идешь в другое.
— Момент, когда вы осознали: всё, Слуцкий уходит?
— Это было в подтрибунном помещении после матча с «Херенвеном». Мы посмотрели на него и поняли, что сейчас он, скорее всего, пойдет и сделает заявление об отставке.
— Как поняли?
— По его виду. Мы же давно знаем Леонида Викторовича.
— Он был особенно мрачен?
— Как раз наоборот — выглядел удивительно спокойным. Я понял, что он отпустил ситуацию. И что, скорее всего, именно сейчас будет поставлена точка.
— Отговаривать было бессмысленно?
— Не считаю, что нужно отговаривать главного тренера от увольнения. Когда тебе предстоит важное жизненное решение, ты должен принимать его сам.
***
Новое от Слуцкого, прошлое с Газзаевым
— Чем удивляли местные футболисты? Пример какого-то вопиющего непрофессионализма?
— Я читал про одного персонажа, которого Леонид Викторович якобы «угробил». Но он сам был нереальным лентяем. Вот это и есть проявление непрофессионализма. Такое бывает везде.
— Тренировки Слуцкого в Голландии – всё то же самое, что было в ЦСКА?
— Базовые принципы остались прежними, но появились новые упражнения. Леонид Викторович подстраивался под уровень футболистов. А еще на сборах он совсем не использовал бег без мяча.
— А как же повышение выносливости?
— Есть датчики GPS, которые фиксируют твое состояние. Если тренироваться с мячом в определенном режиме, ты можешь набегать абсолютно те же расстояния. В «Витессе» по кругу бегали только люди, которые восстанавливались после травм или пропустили какое-то время.
— Не обидно вспоминать свою футбольную юность? На сборах у Валерия Газзаева вы набегались на всю оставшуюся жизнь.
— О, да, это была работа на выживание! Если ты ее прошел, значит, ты мог стать футболистом. Нет – извини, и до свидания. С Валерием Георгиевичем у меня были самые тяжелые сборы, которые только можно было представить.
— Упражнение, которое и сегодня вспоминаете с содроганием?
— На сборах в Швейцарии мы бегали 12 по 1200. Это было что-то запредельное. Космос.
— Пожаловаться Газзаеву было сродни профессиональному самоубийству?
— Мы тогда были молодые. Да и зачем тренеру это слушать? Нет, все бегали, терпели. Но это тоже хорошая школа.
— Не будь ее, состоялись бы как футболист?
— Наверное, нет. Хорошо одно – что мы не попали Валерию Георгиевичу в 32 или 33 года. Тогда бы мы моментально пошли на выход.
***
Лифт, штрафы
— Чем удивила Голландия?
— Многим. Например, тем, что на улице нет такого количества полиции, как у нас. За всё время в Нидерландах у меня ни разу не проверяли права или документы. Если ты видишь полицейского, он тебе улыбается, и ты не чувствуешь никакого дискомфорта, как это происходит у нас.
— В курьёзные ситуации попадали?
— Однажды застрял в лифте. Это было в доме, где я арендовал квартиру. Я только во второй раз сюда приехал, перетаскивал вещи. Это был специальный лифт для инвалидов, а я об этом не знал. Оказывается, надо было доехать до определённой защёлки, чтобы лифт стоял ровно по этажу, и только потом дверь открывалась. Ты сам кнопкой должен был регулировать эту отметку. Я, разумеется, об этом не знал. Лифт был прозрачный, но мне все равно было стрёмно и неприкольно.
— В какой момент начали паниковать?
— Сначала просто сидел полчаса. Наконец, не выдержал, позвонил по телефону, который там указан: «Аллё, спасите меня!». Оказалось, этот номер вообще из Амстердама. В итоге мне всё-таки объяснили на английском, что я чуть-чуть не доехал. Разобрался и вышел. С лифтами тема мне вообще знакомая (улыбается). Я раза четыре застревал до этого. Я же в Москве родился, это одно из самых любимых дел. Однажды лет в 15 застрял с приятелями под Новый год, в 11 часов.
— Только не говорите, что Новый год вы встречали в лифте.
— Нет, нас достаточно быстро вытащили. К курантам успели.
— Еще пара бытовых историй из вашей голландской жизни?
— Однажды мне пришёл штраф за то, что я ехал 54 км/ч при разрешённых 50. Где-то 35 евро. Но гораздо больше отдал за неоплаченную парковку. Я был в Амстердаме, и не смог найти, где там надо платить.
— Сколько это стоило?
— 215 евро.
***
— Почему решили сделать пост в поддержку Устинова?
— Когда я смотрю видео и вижу, за что людей хотят посадить, придумывая какие-то непонятные статьи, этих ребят хочется элементарно поддержать. Это касается не только Устинова или Голунова. Некоторые видео просто шокируют. Людей пытаются осудить абсолютно ни за что. Мне ужасно не нравится, как у нас сейчас относятся к молодежи. Я всегда за здоровую конкуренцию. Но у нас ее на данный момент не видно.
***
Головин, лень
— Вы впервые в футболе управляли другими людьми. Было комфортно?
— Во-первых, не впервые. В ЦСКА мы с братом, Сережей Игнашевичем и Игорем Акинфеевым в последние годы тоже по-своему управляли коллективом, воспитывали молодежь. Нас в клубе даже специально просили об этом.
— Так вы воспитали Головина?
— Головину поначалу только и делали, что пихали. Кстати, он как раз – один из тех немногих молодых футболистов, кто легко и быстро понял, что надо прислушиваться. Саша быстро улавливал советы и воспроизводил все на тренировках и на футбольном поле. А сегодня – сами видите – играет против «ПСЖ». Здорово, что у нас есть футболист, за которым мы можем наблюдать в топ-чемпионате. А вообще в ЦСКА всегда был быстрый и серьезный отбор. За три месяца обычно становилось понятно, соответствуешь ты или нет. Если человек за это время не выдерживает критику и быстро не прибавляет, для ЦСКА это долго. Головин привык, поэтому он и задержался в команде, в отличие от многих других.
— Головину вы пихали исключительно на футбольном поле? Или в быту тоже?
— В быту лучше всего помогает собственный пример. До тренировки час – и кто в тренажерном зале? Правильно – Игнашевич, Акинфеев, Березуцкий, Березуцкий. А после тренировки – еще полтора часа восстановления. Потом приходит Паулино Гранеро и говорит молодому: «Вот, чувак, смотри на этих людей. Если ты не хочешь как они, значит, ты не хочешь прогрессировать». И это работает.
— А недавно в одном из интервью вы заявили, что вы ленивый человек.
— Только не в этом вопросе. Но лень действительно часто мешала. Например, в детстве выучить английский. Сейчас бы чувствовал себя гораздо лучше. Я бы советовал всем футболистам начиная с детства учить язык. Это очень помогает, расслабляет. У нас его мало кто из игроков знает английский на хорошем уровне. Может быть Федя Смолов, а до него Аршавин. Хотя лень – по-своему двигатель прогресса. Если бы не она, люди бы не стали придумывать лифт.
— Если вы хотите стать главным тренером, лень – тоже не лучшая черта. Тренер должен предельно требовательно относиться к себе во всем, разве не так?
— Кстати, хороший вопрос. Узнаем в будущем. Хотя я не уверен, что главный тренер должен быть настолько идеальным. Да и по поводу лени – это был больше сарказм. Я не более ленив, чем многие другие.
***
ЦСКА, дядька
— Вы следите за ЦСКА. Согласны, что главная проблема команды в том, что у нее нет дядьки на поле?
— Там есть Игорь (Акинфеев. — Прим. ).
— Он в воротах…
— Ну да, до всех не докричишься. Конечно, ушли люди, которые играли тут по 15 лет. Замену в ментальном плане найти непросто. Сейчас строится новая команда. Но по мне, кстати, ЦСКА играет неплохо, интересно. Не знаю, почему некоторые с таким негативом набрасываются на команду.
— В том ЦСКА, где вы начинали, кто был главным дядькой?
— Валерий Георгиевич (улыбается). А из игроков — Ролан Гусев, Сергей Богданович. Много ребят брали на себя эту роль. А после 2005-го года мы все моментально оказались своего рода дядьками, получив международный опыт. Играли неплохо, появилась уверенность.
— Гусев — дядька? Казалось, он был шебутным, всегда на своей волне…
— Ну и что. Это никак не мешает. Вы видите только одну сторону, но не знаете, что происходит внутри.
— Дзагоев может стать вожаком для ЦСКА?
— Да, Игорь, он, Марио Фернандес. Последний может доказать всё на своём примере, что он и делает. Федя Чалов. Молчун? Для кого-то молчун, для кого-то нет. Со временем вырастет определённое количество футболистов, которые возьмут на себя роль вожака. Есть ещё Щенников.
— Тоже молчун.
— Можно иногда молчать, но доказывать всё на поле – не сдаваться, биться. Молчун или не молчун — это не критерий. А что, дядька должен бегать и на всех орать?
— Со стороны кажется, что Чалов слишком интеллигентный. Есть мнение, что эта мягкость ему мешает.
— Может. Посмотрим, что будет дальше. Сейчас ЦСКА — очень молодая команда, но ребята растут, набираются опыта. Взять Дивеева как пример. Он тоже может проявить себя как опытный футболист и стать вожаком команды.
— Готов ли Чалов к АПЛ?
— Если тебя зовут, нужно ехать и пробовать. А как получится — не знает никто. Может готов, может, нет. Но попробовать свои силы в самой интересной лиге мира — это прикольно. Если даже не получится, в этом нет ничего страшного.
***
источник
