Наш футболист в интервью клубной пресс-службе подробно высказался о смене амплуа, вспомнил эмоции от победы в дерби со «Спартаком» этой весной, а также рассказал о семейной жизни.
Вспомним эмоциональную победу над «Спартаком» этой весной с пенальти в наши ворота и голом Бистровича на последних минутах. Этот матч входит в топ-3 воспоминаний прошлого сезона?
– Однозначно да. В него также попадает встреча с «Зенитом» в Кубке, где мы вырвали выход в суперфинал, и, конечно, сама игра за трофей. Матчи со «Спартаком» — самые принципиальные и для нас, и для соперника, атмосфера в них особенная. В предыдущем сезоне все встречи сложились очень эмоционально: жаль, что мы уступили дома, но взяли реванш в гостях. А тот гол Криса – это что-то невероятное.
Что почувствовал?
— Сумасшедшую радость. Забивать на последних минутах — что-то особенное и необъяснимое. Ты кричишь, радуешься как ребенок. Настоящие эмоции, которые сложно описать. Честно, хочется испытать это еще раз. В том матче, на мой взгляд, мы заслужили победу: за нами было большинство единоборств, мы превосходили соперника в голевых моментах. Той весной наша команда набрала отличный ход, и мы не имели права уступать.
Тогда никто не мог представить тебя на другой позиции, кроме левого фланга обороны. Хотя однажды ты вышел в ромбе…
– Верно, против «Зенита» я вышел инсайдом в ромб. И был этому очень рад, мне давно хотелось попробовать что-то новое. К тому же, тогда получилось себя проявить. Спасибо тренерскому штабу, что предоставили шанс.
Сейчас у многих ты ассоциируешься с правым нападающим. Нам на официальном сайте клуба продолжать позиционировать тебя защитником?
— Если можно, то назовите универсалом (смеется).
Но если серьезно, как ты объяснишь такую легкую смену позиции?
— Скажу так: каждый футболист должен понимать принципы игры на любой позиции. В моем же случае все вышло идеально: мне нравится играть в атаке, а с Глебом (Кириллом Глебовым — прим.ред) – мы резвые и быстрые, так что у нас есть перед защитниками на контратаках. Я люблю быстро бегать, поэтому такой футбол — подарок для меня.
Тем не менее мы иногда видим тебя и на родном левом фланге обороны. Тебе комфортно перестраиваться с одной позиции на другую?
— Скажу честно, что после двух месяцев игры в нападении, возвращение на родную позицию было несколько непривычным. Не то чтобы я все забыл (смеется) — нет. Но первые 15 минут в игре с «Балтикой» в Калининграде мне пришлось адаптироваться. В сборной тоже выходил левым защитником. После поездки туда окончательно научился подстраиваться к обеим позициям.
Слышал мнение, что тебе легко далась смена амплуа, потому что в нападении ты мыслишь нестандартно, а это вносит в действия защитников дискомфорт и ломает их стереотипы. Согласен?
— У нас в целом все атакующие игроки действуют нестандартно, и что будет дальше в некоторых моментах — загадка для многих. Мы постоянно меняемся позициями, а наши опорники могут доходить и до штрафной площади соперника. Это круто! Мне нравится такой футбол, и я кайфую от своей роли на поле.
Порой мне бывает сложно открываться между линиями, кажется, что соперник находится за спиной и сейчас отнимет мяч. Но на тренировках мы прорабатываем разные эпизоды, за что большое спасибо Фабио и его тренерскому штабу.
А в матче за Суперкубок в Казани было непросто?
— Да, тогда только привыкали ко всему. Я был слева, Глеб — справа. Конечно, нужна адаптация для каждой позиции, но сейчас мне очень комфортно. Также отмечу, что в схеме Фабио нельзя забывать про оборону: если все идут вперед, потом так же все и отрабатывают сзади.
Вообще у нас очень классная команда и отличная ментальная связь.
Кажется, у тебя наилучшая связь в команде с Игорем Акинфеевым и Артёмом Шуманским, верно?
— Да. Если говорить про капитана, то даже не знаю, почему мы так классно сошлись. С первых дней мы начали плотно общаться. Мне хотелось что-то узнавать от него: где жить и чем дышать (смеется). И мне безумно приятно, что я смог найти общий язык с легендой клуба. Наша разница в возрасте – 12 лет, но, несмотря на это, нам всегда есть о чем поговорить. Мне приятно, что такой человек уделяет мне свое внимание.
И с Артёмом вы на одной волне. Недавно в соцсетях залетело твое видео с Шумой. Как отреагировал герой?
— Нормально. Тем более, что с самим Шумой я согласовал (смеется). Это же шутка, мы любим друг друга подкалывать. Юмор — важная часть любой раздевалки, так что это нормально. Посмеялись и забыли.
Для чего ты ведешь свой Telegram-канал?
— Хочется делиться своими моментами как из футбола, так и из жизни, а также получать обратную связь от болельщиков. Мне приятно общаться с ними: причем не только слышать что-то хорошее, но и вместе разбирать ошибки. Критика ведь тоже делает тебя сильнее.
БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ, СЕМЬЯ, ФОРТЕПИАНО
В одном недавнем интервью Хосе Блеса сравнивал твою физическую форму с формой Криштиану Роналду. С детства стремился к кубикам на животе?
— В детстве я был как колобок с большими щечками (смеется). Но вовремя начал заниматься футболом, и прогресс пошел. Пресс я качал каждый день. Сейчас, конечно, меньше времени уделяю мышцам живота, все-таки акцент на другие части тела. Но пресс остался! Это хорошо, «мамончика» нет (смеется).
Вообще же у меня есть склонность к полноте. Приведу пример, который нас всегда веселит в раздевалке: я и Дивей (Игорь Дивеев – прим.ред) можем просто выпить воды, и у нас уже плюс два килограмма на весах (смеется). А вот у Кислого (Матвея Кисляк — прим.) и Глеба другая ситуация: могут есть сладкое постоянно, и это никак на них не отразится. Такая вот генетика и хороший обмен веществ.
Заставляешь детей качать пресс?
— Нет, не заставляю. Если они сами к этому придут и захотят, то я буду только рад. Они занимаются спортом, имеют хорошую физическую форму. Старший играет в футбол, младший ходит на падел. Единственное, что прошу — не кушать на ночь.
У вас трое, да? Справляетесь?
— Да-да, нормально справляемся. Может быть, в первое время после рождения дочери было тяжело, поскольку маленькому ребенку необходимо уделять много времени. Сейчас, конечно, уже легче. Когда Аделина была еще совсем малышкой, мы контролировали каждый ее шаг. Помню, когда она только начинала ходить, я сильно переживал и бегал за ней, чтобы не дай бог не упала (смеется). Сейчас же стало проще. Ну и пацаны помогают: они счастливы, что у них есть младшая сестра.
Чему учишь детей?
— Самое главное — быть честными по отношению к себе. А вообще их можно учить чему угодно, но если ты сам ведешь себя неправильно, ни к чему хорошему это не приведет. Ты должен сам быть идеальным примером, тогда твои советы пойдут им на пользу.
Считаешь себя хорошим примером?
— Бывают ситуации, когда все выходит из-под контроля. Такой «бум-бам-бам», и ты уже ничего не можешь сделать, кроме как немного повысить голос, либо чего-то лишить в наказание. Это не круто. В остальном же стараюсь вести себя мудро. Вроде у меня получается.
Дочери играешь на фортепиано? Ты же умеешь.
— Умел (смеется). В свое время закончил музыкальную школу, но я давно не практиковал. Сейчас, наверное, смогу сыграть «Собачий вальс», но раньше мог и что-то посерьезнее исполнить.
В музыкалку отдали против твоей воли? Это было в тягость?
— Да, еще как в тягость. Рядом с музыкальной школой было футбольное поле, и я прямо во время игры на фортепиано поглядывал в окно, где дети пинали мяч (смеется).
Бабуля отдала, ну и мама хотела. Вот, пожалуйста, выучился. Я даже на посвящении в академии «Зенита» был в главных ролях и играл на фортепиано. Правда, забыл все. Распереживался, занервничал и не смог собраться прямо во время выступления. В общем, пошло все по одному месту! Мама из зала крикнула: «А ну-ка соберись!». Ну я и собрался. Хорошо потом выдал (смеется).
Если тебе вдруг захочется, чтобы дочка занималась чем-то определенным, а ей это не понравится. Как поступишь?
— Точно не буду заставлять. Хочется, чтобы с ранних лет дети занимались и спортом, и творчеством, но не против своей воли. Единственное, куда буду гнать, так это на английский. Это очень важно! И мне про английский говорили в детстве, но я пропускал это мимо ушей, а теперь мучаюсь. Информация в детском возрасте воспринимается легче, поэтому своим детям хочу привить желание изучать языки, в будущем это точно пригодится.
Все совершенно по-разному переживают неудачные матчи, кто-то закрывается, а кто-то находит поддержку в своих близких? Как это происходит у тебя?
— Мое спасение – жена и дети. Мне в принципе психологически непросто после плохих матчей. Года два-три назад был ужасный период, когда я приходил домой и говорил себе: «Ничего не хочу!». И жена сначала не понимала, как мне помочь, надо ли подходить ко мне или пока не трогать. Сейчас и я научился переключаться с футбола на семью, и супруга прекрасно меня понимает — моя настоящая опора и поддержка.
В одном давнем интервью ты рассказывал, что в юности расстался с девушкой, которая отвлекала тебя от футбола. Много ли было людей в твоей жизни, которые мешали карьере?
— Это было в юности. Тогда мне хотелось больше концентрироваться на футболе и на тренировках, поэтому, конечно, с некоторыми людьми мы разошлись. Я сразу понял, что все зависит только от меня, и не нужно идти ни на какие авантюры и разменивать карьеру на мелочи. Тусовки — не моя тема.
Круг в 19 лет и в 27 — разные люди?
— Конечно, я возмужал. Я создал свою семью, и у меня появились дети. Сейчас я все делаю ради своих близких: хочу, чтобы они улыбались и были счастливы!
Ты также уделяешь большое внимание благотворительности. Мог бы рассказать, как пришел к этому?
— Однажды в канале ЦСКА увидел пост о начале сотрудничества с благотворительным приложением Tooba. Когда вижу такое, не могу пройти мимо. Понимаю, что многие дети и взрослые нуждаются в помощи. Кто, если не мы, должны им помочь. Не делать добро – грех! Да, я помогаю, но не акцентирую на этом внимание. Не у всех есть те возможности, которые доступны мне, поэтому я рад, что могу своим небольшим вкладом сделать чью-то жизнь немного лучше.
Мне кажется, что огласка – это неплохо. Если ты расскажешь, что помогаешь, то другие подтянутся.
— Если у человека будет желание, он окажет помощь вне зависимости от того, буду ли я публично говорить об этом или нет.
Тем не менее расскажи одну историю о помощи.
— У одной девочки было тяжелое смертельное заболевание, на лечение которого требовалась существенная сумма. Они вышли на меня через жену. И предложение о помощи в первую очередь исходило от нее. Я помог. А как здесь было не помочь, скажи? У людей серьезные проблемы, а я еще буду размышлять, делать мне это или нет. Это не про меня. Понятно, что существует немало аферистов, которые вымогают деньги, но честных людей намного больше. И мне спокойнее на душе, когда я жертвую на благотворительность.
И в завершении: какая у тебя нефутбольная мечта?
— Все спрашивают это, но, честно, не могу конкретно ответить. Хочется многого, правда. Но в первую очередь моя нефутбольная мечта – увидеть результаты своих детей. Каждого в своей сфере. Хочется дожить до тех лет, чтобы радоваться за успехи своих взрослых детей и гордиться ими!
